И ЖИЗНЬ МОЯ В ЭТИХ ИВАНАХ

   ВСТАВАЛА И ШЛА ПОД СВИНЕЦ 

Миронов Георгий Михайлович (1924-1994)

 

Когда закончилась война, моему папе было только 20 лет! «Были в двадцать лет не инфантильны, Помни это, наш двадцатый век!» – писал Е.Евтушенко в поэме «Казанский университет» о юношах девятнадцатого века. Первые поколения советской молодёжи сполна заплатили и жизнями своими, и здоровьем за революционные грехи «отцов», но не знали и не думали об этом – они жили в своей эпохе как первородные, как дети великой страны и были тоже не инфантильны, но при всём их опыте и стойкости до конца оставались невырастающе-юными.

Мой папа начал свою войну на Северо-Кавказском фронте летом 1942 года, трижды возвращался на фронт после трёх ранений и контузии и встретил Победу в Курляндии (Курземе), западной области Латвии, был награждён орденами Красной Звезды и Отечественной войны I степени. То, что он выжил, казалось ему и невероятным, и естественным, благодаря папиному вдохновенному оптимизму.

Как немного уже осталось тех, кто так благородно, бескорыстно, отважно защищал жизнь нашей страны, освобождал Европу, сражался за восстановление человеческого достоинства, самой человеческой природы от страшного их попирания и искажения! Живите долго, вы так нужны нам!..

 

РОДНОЙ ФРОНТОВИК

 

Посвящаю светлой памяти моего папы Георгия Михайловича Миронова, автора книг «Будь жив, лейтенант!», «Легенда-быль о русском капитане», «Мы поднимались в атаку», «Короленко» и многих других, всем ветеранам Великой Отечественной войны

 

Ты был среди юных, мой лейтенант,

Звал и поднимался в атаку,

Ты знаешь, что чувствует Божий талант,

Когда из окопа вставать, как Атлант,

Приходится телу над страхом.

Но ты не становишься просто мишенью –

Ты не мешаешь ни свету, ни зренью,

Они составляют наследье твоё,

Как всё, что имеет ответы паренью, –

Свобода, поэзия, счастье, любовь.

 

Когда-то потом, в путешествии мирном,

Мы навещать будем эти могилы –

Встававших в атаку с неясным концом

И в поле закончивших ясным лицом.

На камне на каждом читали фамилии.

Раз, утомившись, поникнув, как лилия,

Где-то в районе Ельца иль Каширы

Я отказалась бежать из машины

К сотой – а может, и к тысячной – стеле

С красной звездою и в твёрдой шинели.

 

«Я мог здесь лежать», – неожиданно грустно

Сказал ты, и небо мне стало так тускло!

О ты, поколенье комфорта и лени,

Вставай же у этих холмов на колени,

Душой на колени вставай – помолиться

За всех, кто пришёл и не смог возвратиться,

Атлантов с немыслимой тяжести ношей,

Державших и небо и землю до дрожи

И продолжающих те же бои

И то же держащих, всегда на крови!

 

И, Господи, вспомни, помилуй солдата –

Ребёнка двадцатых, подростка тридцатых,

Отца потерявшего в тридцать восьмом

И за него отвечавшего после –

Тюрьмою и ссылкой по друга доносу,

Того пехотинца, кто в мирные годы,

Когда он писал о военных походах

И о сердцах, возлюбивших свободу,

Не верил, что нет его в братствах погибших:

Ни там и ни здесь не считал себя лишним.

 

Мой юный герой, мой отчаянно юный,

В двадцать четвёртом рождённый, в июле,

Любимый, счастливый, горячий, сердечный,

Ушедший, держащий, мой вещий, мой вечный.

«Ты старый солдат», – говорил мне шутливо,

Когда было больно и нетерпеливо.

Война научила твоё поколенье

Терпеть, но от рабствованья в отдаленье.

«Будь жив, лейтенант!» – твой призыв сокровенный

И к Родине сердцу. И будет, поверь мне.

 

9 МАЯ В КОСТРОМЕ

 

                 Нет больше той любви, аще кто положит душу свою за други своя.  

                                                                                                                        Ин.15:13.

 

Салют был такой, что прямо в глаза,

Неотвратимо входил, как Победа,

Счастливый, открывшийся вдруг Сезам,

Цветы распускались, неба отведав.

 

А земли лейтмотив – это «Жди меня»:

На площади дети, друг друга сменяя,

Главное что-то схватив и поняв,

Переживали Девятое Мая.

 

Кто-то в пилоточках, в гимнастёрках,

А рядом, в парадном своём, – ветераны.

Пока что типичен Василий Тёркин,

И всем семейством пока у экрана.

 

И станет когда-то война эта мифом,

Весь этот ужас, кровь и разруха,

Не будет грозить ни бомбёжкой, ни тифом:

Давно победили железом и духом.

 

Но если забудут Девятое Мая

И вся благодарность спасавшим уймётся,

Дети важнейшего не узнают:

Какая любовь добывает им вёсны.

 

Мария Георгиевна Миронова

© 2016 Московская организация литераторов Союза литераторов РФ